Декабрь — время подведения итогов года, а еще — время удивительных историй. В постоянной рубрике «Персона года» журнала National Business мы рассказали о том, как юристу сочетать драйв, любовь и профессионализм. Предновогоднее интервью Изабеллы Бахмутовой можно прочитать в формате журнала по ссылке или ниже на сайте. 

 

Опубликовано в журнале National Business, декабрь 2017 — январь 2018 

Финальное интервью уходящего года должно быть интересным и увлекательным. Мы поговорили с Изабеллой Бахмутовой, директором «Юридического центра Бахмутовой», о том, как находится в безусловном профессиональном тонусе, о корыстном интересе и о том, как совмещая несовместимое, добиваться результатов.

 

 

Изабелла, в этом году исполнилось 15 лет Вашему юридическому центру — солидный возраст для компании. Лишь единицам удается его достичь. Что вы считаете главным достижением ?

 

Как-то сложно себя хвалить. Мне кажется у нас хорошая репутация, судя по клиентам, которые к нам обращаются, и их уровню бизнеса. Они могли бы себе позволить привлечь для консультаций любого специалиста, однако разрешение сложных правовых задач доверяют нам. Почти все наши клиенты пришли по рекомендации своих друзей и партнеров, которые также обслуживаются у нас. Есть даже те, чьих юристов мы когда-то «победили» и после чего ими было принято решение правовое сопровождение своего бизнеса доверить нам. Это хорошие показатели.

 

Помните своего самого первого клиента?  Или, может быть, самого значимого?

 

В 1999 году, работая в Федеральной службе по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению, я получила предложение от одной известной в регионе компании занять у них должность заместителя генерального директора по правовым вопросам и возглавить практику связанную с банкротством, а амбиции у них на эту тему тогда были серьезные. Мы договорились о реализации совместных проектов.  За два года работы было сделано очень много и, пожалуй, именно этих людей я расцениваю, как своих первых клиентов.

А что значит «значимый клиент»?  По каким критериям это определяется? Вот кто-то платит нам очень приличное вознаграждение за работу, кто-то значительно меньше, потому что задача у него проще для разрешения, но для каждого из них вопрос, с которым он обратился, очень значим и ему важно получить его положительное разрешение. Поэтому у нас нет незначимых клиентов и нет незначимых дел, мы в любом случае ставим перед собой задачу помочь и выиграть.

 

Всегда стоит такая задача?

 

Всегда. Только так нужно и можно подходить к реализации любого проекта. Либо ты безоговорочно выигрываешь, либо ты добиваешься для клиента максимально возможного результата. Мы всегда честно  говорим о рисках.  Но если есть хоть какой-то шанс на победу, даже минимальный, мы им воспользуемся.

 

Были ли ситуации, когда можно честно сказать – «не удалось»?

 

Здесь надо сразу оговориться, что мы занимаемся судебными процессами повышенной категории сложности. «Безусловно выигрышные дела», например,  по взысканию дебиторской задолженности, мы не берем из-за отсутствия свободного времени и наличия желания держать себя в «профессиональном тонусе». Конечно, исключения составляют компании, которые находятся у нас на абонентском юридическом сопровождении, для них проводим все судебные процессы.

Теперь относительно «не удалось»: ни одного значимого или крупного проекта или судебного процесса, который бы мы не разрешили в пользу клиента, при условии, если мы занимаемся им с самого начала, у меня на памяти нет. Здесь важно правильно подойти к самой оценке. Что есть выигрыш? «Де юре» ты можешь выиграть не на 100 %, а на 95%. Конечно, в какой-то степени интерес клиента окажется ущемленным, но давайте на примере (не из практики, а для понимания). Если мы говорим о земельном споре, к примеру, лучше потерять 100 метров земли, но сохранить 10 га. Выигрыш это или нет? Я считаю, выигрыш.

Почему с оговоркой «при условии, если занимаемся с самого начала», спросите Вы? Потому что часто приходят клиенты с решениями судов не в свою пользу первой, а то и двух инстанций. Когда ты видишь, что защита изначально была выстроена не правильно и юридически этот процесс возможно было бы «поднять», признаюсь честно, иногда «даю слабину» и беру такие дела. Хотя понимаю, что это дело не благодарное, поскольку процессуально за пределами первой инстанции возможности по доказыванию ограничены. Но пытаемся убеждать суды, возвращать дела на новые рассмотрения. К сожалению, получается не всегда. Такие дела нам «статистику» немного портят.

 

Помните людей, которые повлияли на формирование Вас, как специалиста?

 

На третьем курсе юридического факультета ВолГУ я пошла работать уже по профессии и «выбор пал»  на компанию ОАО «Волгоградресурсы». Моим начальником была Юлия, фамилию не помню. Не было никаких правовых систем типа Консультант и Гарант. Все печаталось на машинке, без привычной сейчас функции «выделить-вставить». Я готовила какой-нибудь процессуальный документ, она читала его и говорила «не так»! Что не так? Как должно быть так? Не понятно.  Додумывала сама и переделывала несчетное количество раз. За что ей огромное спасибо.

Потом юристов-студентов, которые приходили ко мне в компанию работать, честно сказать, я учила практически по такому же принципу. Юрист должен самостоятельно найти решение проблемы. Тогда у него правильно выстраивается некий логический ряд, проблема им всесторонне изучается, прорабатываются все возможные варианты развития событий.  Если сразу показать решение, то необходимость думать отпадает, а со временем утрачивается и способность, а это уже профнепригодность.

 

Я бы еще отметила руководителя Федеральной службы по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению Алексея  Владимировича. Но это была уже совершенно другая школа. Нас было всего 12 человек на область, в работе у каждого было дел по 150. Работы колоссально много. Судебные заседания ежедневно. Там научились работать в цейтноте, анализировать большие объемы информации и держать в голове детали. Мы были постоянно в безусловном профессиональном тонусе.

 

Безусловный тонус – это отлично. Но каким еще нужно быть в юридическом бизнесе, чтобы деятельность приносила успех?

 

Любой бизнес — это твои клиенты, твои партнеры и твой коллектив, от которого зависит успех всего предприятия. Мне повезло. Со мной работают очень хорошие юристы, профессионалы своего дела, с горящими глазами и холодными сердцами (для оппонентов),  с внутренним настроем на победу, а  это всегда очень важно. Каждый из них эксперт в своей специализации. К примеру, налоговую практику у нас возглавляет бывший заместитель начальника одной из налоговых инспекций. Уровень знаний и опыта высокий у всех.

В этом смысле юриспруденция мало чем отличается от других видов бизнеса. Чтобы был успех надо профессионально заниматься своей работой на очень хорошем уровне.

Ну и взаимоотношения с клиентами выстраиваются по принципу партнерских. Основа наших взаимоотношений — доверительные коммуникации и совместная работа на результат. Мы, можно сказать, корыстно заинтересованы в их благосостоянии.

 

Юридические компании, предоставляющие услуги для бизнеса, в достаточном количестве представлены на рынке.  На любой вкус и кошелек. Однако проблем  у бизнеса меньше не становится… Например, только за 9 месяцев 2017 г. в ходе проверок ФНС Волгоградской области доначислила более 5 млрд рублей.  Вы занимаетесь налоговыми спорами, какова причина проблем бизнеса — квалификация юристов, некомпетентность самих предпринимателей, что-то еще?

 

Компаний, наверно, много, но и спектр юридических услуг для бизнеса огромен. Само создание юридического лица, открытие для него расчетного счета или составление типового договора – все это услуги для бизнеса. Но поскольку в вопросе Вы затронули проблему доначислений по результатам проверок ИФНС, полагаю, что речь должна идти о компаниях, магистральной практикой которых является сопровождение бизнеса в ходе налоговых проверок. Таких компаний, поверьте, не много. И кошелек для них всех надо готовить практически одинаковый. Услуга не дешевая. Если по вопросу сопровождения налоговой проверки или обжалованию акта налогового органа вы обратились именно в одну из этих компаний, то квалификация юриста не должна подвергаться сомнению.

Сами предприниматели не могут быть компетентны исключительно во всех вопросах, это так и есть и это правильно. Поверьте, гораздо хуже, когда руководитель или собственник, считают себя и свой персонал достаточно «подкованными» для общения с надзорно-контрольными органами. Это всегда ошибка. Нужно научиться поручать решение узко направленных вопросов профильным специалистам. К сожалению, чаще всего обращаются к юристам уже с готовым актом проверки, мол не согласны – давайте обжаловать. На этой стадии уже допрошены свидетели, инспекторы уже собрали достаточное количество доказательств, как им кажется. А налогоплательщик все это время безоговорочно представлял документы, не факт, что даже запрошенные надлежащим образом, никак не выстраивая свою линию правды и не подкрепляясь доказательствами.

Причин, по которым у бизнеса могут возникнуть проблемы, множество. Просто нужно их переводить в ранг задач. Почему, когда мы строим дом — мы идем к строителям, у нас болят зубы — мы идем к стоматологу. Почему, когда есть юридические проблемы, очень часто предприниматели (мы сейчас не берем во внимание крупный и средний бизнес со штатом юристов и сторонних консалтеров) ориентируются на свой жизненный опыт, хорошие коммуникации и аналогичные ситуации у друзей и знакомых?

Всегда нужно помнить, что проблему проще и дешевле предотвратить, чем потом нивелировать.

 

А помогает ли женская интуиция в работе – можете ли, глядя на клиента, обратившегося за консультацией, определить, с какой головной болью он пришел? Есть какая –то стратегия взаимодействия?

 

С первого взгляда возможно только определить насколько сильна эта самая «головная боль». Но пока он не заявит о своей проблеме, я определить ее никак не смогу. А стратегия взаимодействия… Какая она может быть? Всем нужно дать высказаться. Важно структурировать диалог таким образом, чтобы клиент, прежде всего, сам себя услышал. Очень часто начинают рассказывать о том, что не существенно или вообще не имеет отношения к делу, часто приходят с «готовым решением», когда путь выхода был найден самостоятельно еще до нашей встречи.  Поэтому важно «докопаться до истины», и тогда все становится на свои места. Как правило, «домашние заготовки» не срабатывают, и мы предлагаем свой вариант развития событий — наиболее приемлемый для получения желаемого результата. В двух словах так.

 

Можно сказать, что работа юриста подразумевает под собой, в первую очередь, какой-то личностный контакт?

 

Я бы не сказала, что сама работа подразумевает личностный контакт. Вспоминайте! При желании получить качество и результат, всегда идут к хорошему профессионалу, оценивая результаты его  труда и интересуясь рекомендациями, будь то врач, юрист, строитель, дизайнер, человек  любой профессии. Хорошо, когда все сложилось: появилось доверие, возникла просто человеческая симпатия! Конечно, так работать гораздо проще и комфортнее обеим сторонам, поскольку приходится общаться часто, и предметом обсуждения могут быть достаточно деликатные вопросы. Но так бывает не всегда. Есть еще и «бесконтактная работа», назовем ее так. Если приходит человек, которому уже не помогли наши коллеги, то доверие не возникнет «из ни откуда». Если вижу, что могу помочь, просто предлагаю прямо «забыться» ему на какое-то время. Потом, конечно, уже все иначе — и доверие и контакт и дружба с годами. Весь «набор».

 

Почему основной юридической практикой Вашей компании является банкротство? И что такое «контролируемое банкротство», как заявлено у Вас на сайте?

 

Это давняя любовь. Банкротством я начала заниматься  20 лет назад, работая в Федеральной службе по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению. Мне нравится сам закон, правда за это время его переписывали уже трижды. Мне нравятся его возможности, правда последнее время все меньше. Банкротство, прямо скажем, уже не то. Но, по-прежнему, это остается единственным действенным механизмом и законным способом прекращения непосильных обязательств и/или смены неэффективного собственника.

Контролируемое – это значит подготовленное (не путать с преднамеренным), просчитанное с точки зрения рисков и затрат, с прогнозируемым результатом.

 

Банкротство – оздоровление или конец существования бизнеса? С какими сложностями в этой процедуре можно столкнуться, и как вы можете помочь?

 

Это как пожелаете. Многое будет зависеть от лояльности кредиторов.

А сложности, варианты развития событий и пути их решения – это материал для отдельной статьи. В этом интервью всего не рассказать. Если интересно, много можно почитать у нас на сайте или подписаться на страницу Юридического центра в Facebook. Если у кого-то горящий вопрос звоните, приходите – все расскажем.

 

И последнее – как начинается день у юриста?

С чашечки кофе, безусловно. Это помогает, с одной стороны, расслабиться, а с другой стороны, собраться. Эти две вещи за чашку кофе нужно успеть  —  совместить не совместимое. И продолжать это делать в течение всего рабочего дня.

 

Юридический Центр
Share
This